subject to change (olga_lifeline) wrote in sherlock_series,
subject to change
olga_lifeline
sherlock_series

Статья в сентябрьском Vogue

ИДЕАЛЬНЫЙ ШТОРМ

Сегодня эмоциональный и харизматичный британец Бенедикт Камбербэтч – блистательный (и весьма востребованный) ведущий актер.

Том Шон
Фотографии Энни Лейбовиц


Бенедикт Камбербэтч тараторит с бешеной скоростью, как всегда, когда он тревожится, счастлив или и то и другое, что с ним часто бывает в последнее время. За ланчем в нью-йоркском Сохо 37-летний британский актер говорит о том, что прошлым вечером он был на просмотре чернового варианта «Пятой власти», фильма режиссера Билла Кондона об основателе WikiLeaks Джулиане Ассанже. Камбербэтч видел фильм впервые. Одна женщина из Аделаиды сказала ему, что он отлично уловил гнусавый австралийский выговор Ассанжа, «а я так нервничал по этому поводу», но он был расстроен, когда увидел, что сутулится в паре сцен.

«Я думал, что он должен быть более… не жестким, но похожим на человека, который много занимается йогой, – говорит он, выпрямляя спину, вытягиваясь в полный рост на своем стуле. – Это сила такого рода, когда человек выглядит слабым, но основа у него сильная. Он невероятно собран. Прямая спина. Голова наклоняется в сторону. – Голова Камбербэтча отклоняется на несколько градусов. – Считается, что он очень сдержан и аскетичен. Я хотел добавить ему черт рок-звезды. В нем есть что-то почти мальчишеское, радостное. Я хотел, чтобы он улыбался».

Пронзительный взгляд зелено-голубых глаз, высоко посаженные, как у выдры, и выдающиеся, как бамперы гоночной машины, скулы и растрепанная копна каштановых волос придают Камбербэтчу вид, буквально взывающий с альпийских вершин к прилагательному "байроновский". Правда, его кипучая энергия наводит на мысль не столько о романтическом поэте, сколько о Тигре. Джон Уэллс, режиссер грядущей экранизации получившей Пулитцеровскую премию пьесы Трейси Леттса «Август: округ Осейдж», говорит, что не был уверен, почему роль малыша Чарльза, этого большого комка нервов, нужно отдавать англичанину, известному по роли Шерлока Холмса на телевидении. Его же просто уничтожат Мэрил Стрип и Джулия Робертс, наводящая страх глава семьи и волевая дочь мрачного клана из пьесы Леттса. Затем он увидел пробу Камбербэтча, записанную на его айфон во время съемок второго сезона ‘Шерлока’.

«Все смотрели и говорили: 'О, хорошо'», – говорит Уэллс. Камбербэтч, говоривший с идеальным оклахомским акцентом, создал маленький шедевр: сын, настолько запуганный своей матерью, что, казалось, он боится всего на свете. «Мэрил посмотрела на меня и широко улыбнулась, а это ее способ сказать ‘отличная работа’, – говорит Уэллс. – В нем нет ничего, чего нужно остерегаться. Возможно, немного обескураживает постоянно присутствующее у вас четкое представление, что он, вероятно, умнее вас, – он смеется. – Ваше эго страдает».

История о том, как англичанин по имени Бенедикт Камбербэтч оказался в оскаровском фаворите этого года вместе с Мэрил Стрип и Джулией Робертс, требует некоторого объяснения, однако некоторого объяснения требует и само существование англичанина по имени Бенедикт Камбербэтч. Неужели все еще существуют создания с такими сказочными именами? В шестидесятых, когда его отец Тимоти начинал свою актерскую карьеру, он использовал другую фамилию, Карлтон, чтобы лучше вписаться в круг всех этих «рассерженных молодых людей»* в театре Ройял Корт. В последние годы рейтинг господствующих идеалов поп-культуры в Англии пополз вниз – «На игле», а не классические экранизации. Даже Дэниел Дэй-Льюис вспомнил о своем ирландском происхождении в попытке избавиться от ярлыка сына поэта-лауреата. Следующий великий актер британского происхождения не должен был получать образование в Харроу и иметь в предках генерального консула королевы Виктории в Турции, затесавшегося где-то в семейном древе.

«Он как ручная коробка передач – может моментально снижать и набирать обороты», – говорит Гэри Олдман, познакомившийся с актером на съемках фильма ‘Шпион, выйди вон’, одного из нескольких, в которых Камбербэтч привлекает внимание захватывающим препарированием британского твердого характера, обнажая все смятение чувств, ранее державшееся под контролем. «Кому-то вроде Тони Хопкинса присуща молчаливая глубина, – говорит Олдман. – Он как роскошный седан. А вот Бенедикт. Он как Порше 911».

«Кто-то мне недавно сказал: ‘Ты проснулся знаменитым’ – но успех не пришел ко мне за одну ночь, – говорит Камбербэтч, заказывая салат из свеклы с авокадо. – Забавно, когда я был молодым, я всегда хотел, чтобы мне было 32. Я думал, что это возраст, когда все в жизни устраивается удобным образом: молодой отец, стабильная карьера. Я всегда романтизировал этот возраст. Думаю, я был старой душой. Учитель однажды сравнил меня с Уильямом Блейком, что меня несколько обеспокоило; я никогда не видел облепленных ангелами деревьев на кладбищах вдоль дороги».

Его взъерошенный, непутевый, немного мальчишеский вид уравновешивается богатым, как у Ричарда Бертона, баритоном. В последний раз мы слышали этот голос, когда он устрашал команду космического корабля «Энтерпрайз» в фантастическом блокбастере «Звездный путь во тьму». Билл Кондон определяет этот голос как «виолончель», и в этом случае общение с Камбербэтчем напоминает концерт Гайдна Allegro Con Brio**. Этот человек умеет говорить. Когда я спрашиваю его, говорил ли он со Стрип о тонкостях исполнения роли реально существующего человека, он выдает десятиминутный ответ (10.32, если точно), блестяще разветвленный, затрагивающий Ассанжа и Маргарет Тэтчер, процесс, музыку и ноты, но настоящий ответ, строго говоря, - нет. «Прошу прощения, я отклонился от темы?» – говорит он, невинно моргая, как будто смущенный собственным великолепием. Он говорит, что его мать всегда знает, когда он собирается начать съемки в новом сезоне «Шерлока», потому что он начинает говорить с удвоенной скоростью. «Его голосовые сообщения – один из лучших моментов нашей дружбы, – говорит актриса Ребекка Холл, которая знает его с тринадцати лет и видела его в постановке «Укрощения строптивой» в Харроу. – В них содержится разговор целиком. Это просто радость».

В школе он был сущим наказанием с неконтролируемым потоком энергии, пока учителя не увлекли его драматическим искусством; даже тогда он дополнял игру на сцене игрой в регби, «и все были сбиты с толку. ‘Это тот парень с поля для регби, – его голос приобретает отрывистый имперский акцент, – предпочитает низкий захват и не жалуется, когда ему приходится плохо. Но ох, смотрите, он носит парик и расхаживает по сцене в роли Титании, королевы фей’. Я подстраховался со всех сторон». Именно эта энергия бурлит под поверхностью его ролей, понимаете вы: легкое дрожание голоса, когда он говорит своим людям «быть храбрыми» в «Боевом коне» Стивена Спилберга, или захлебывающийся эмоциями Кристофер Тидженс в прошлогодней телеэкранизации «Конца парада» Форда Мэдокса Форда. Большую часть своих двадцати с чем-то он работал в британском театре и на телевидении, но только роль Шерлока Холмса в получившем множество наград сериале BBC 2010 года сделала его звездой в Англии и во всем мире, восхваляемой большим количеством женского населения – или «камбербитчез», как они себя называют, – которые налетают на каждую съемочную площадку как саранча и мгновенно расхватывают билеты на каждую постановку, в которой он появляется.

«Это почти примитивный ритуал, необычное дионисийское переживание для преданных ему милых женщин из среднего класса», – говорит Дэнни Бойл, режиссер известной постановки 2011 года «Франкенштейн», где Камбербэтч по очереди исполнял роли ученого и монстра. «Я думаю, его раздражает, что люди считают его рассудочным, интеллектуальным актером, – добавляет Бойл. – Он погружается в роль, он телесен. Нужно подкармливать его, все время пытаться стимулировать. Этот двигатель постоянно нуждается в топливе. Смешно, что Голливуд думает, будто прямо сейчас изучает его, чтобы посмотреть, из чего он сделан. Правда в том, что это он изучает их».

Для роли в «Пятой власти» Камбербэтч впитывал малейшую информацию о Джулиане Ассанже, с которым у него была короткая переписка по электронной почте до того, как запертый австралиец вынес проекту «фетву»***, если говорить словами Кондона. Читая раннюю версию сценария, частично основанного на воспоминаниях Даниэля Домшайт-Берга о работе с Ассанжем, Камбербэтч понял, что некоторые из страхов Ассанжа были оправданы. «У нас с Биллом возникали разногласия по многим его постановочным указаниям, так как он, казалось, хотел изобразить Ассанжа как общественно опасного маньяка с манией величия», – говорит он перед тем, как уточнить использованные им для создания сбалансированного портрета детали. Он предполагает, что в отношениях Ассанжа и Домшайт-Берга прослеживаются отчетливые следы Холмса и Ватсона. «Там есть элемент обольщения, близости, а затем отказа. Они почти как любовники».

Эти споры с Кондоном о трактовке образа Ассанжа – социопат или рок-звезда? Интеллект или харизма? – служат рельефной картой того, чем является карьера Камбербэтча прямо сейчас и куда он хочет двигаться дальше. Олдман добивается того, чтобы он сыграл роль в его фильме об эдвардианском фотографе и пионере кинематографии Эдварде Мейбридже. «Его звезда восходит, фильмы зовут», – говорит Олдман. Между этими двумя также есть договоренность о сценической постановке «Гамлета». «Если он правильно разыграет свои карты, он может жить в обоих мирах; он может наслаждаться полноценной карьерой как в кино, так и на сцене».

«Маррей ведет в сете», – взволнованно говорит мне по телефону из Лондона Камбербэтч через несколько дней. Он собрал вещи и готов ехать на фестиваль в Гластонбери, где в этом году будут выступать Rolling Stones и Phoenix. «Я сейчас больше чувствую себя так, как будто мне двадцать, чем тогда, когда мне было двадцать», – говорит он мне. В те годы у него были серьезные отношения с актрисой Оливией Пуле, с которой он познакомился в университете и с которой они расстались в 2010 году. «Все происходило очень постепенно и по взаимному согласию, – говорит он. – Мы остаемся очень хорошими друзьями. Не было никакой обиды. Я люблю ее, обожаю ее, и всегда буду любить». После расставания он предпринял экспедицию по жарким равнинам Намибии: «Это была самая романтическая вещь, которую я когда-либо делал в одиночку. Все остальные были парами. Было ужасно».

Его вера в целительную силу экстремальных видов спорта уходит своими корнями в 2005 год и случай, произошедший во время съемок британского минисериала «Путешествие на край земли» в Южной Африке. Он, актриса Дениз Блэк и друг-южноафриканец были похищены под дулом пистолета бандой из шести человек. «Я прошел через каждую стадию эмоциональной реакции, какая бывает в таких ситуациях, – говорит он. – Паника, ‘борьба или бегство’, тошнота, всепоглощающий ужас, выброс адреналина, а потом – спокойствие, принятие». Он умудрился уболтать похитителей, и те их отпустили, но после окончания съемок остался в Африке, чтобы поплавать с акулами и попрыгать с парашютом из сверхлегкого самолета – он хотел усвоить опыт и вывести адреналин из организма. «Для него это был поворотный момент, – говорит Элис Ив, его коллега по ‘Звездному пути’ и друг с 2004 года, когда они вместе играли в ‘Хокинге’. – Именно тогда он осознал собственную силу убеждения и физического контроля».

Он говорит, что есть еще только один способ так же высвободиться – актерская игра. После того, как он сыграл Ассанжа и снялся в «Августе», у него были роли в «12 лет рабства» Стива Маккуина, «Хоббите» Питера Джексона, в котором он озвучивает дракона Смауга, и в «Имитационной игре», в которой он играет математика Алана Тьюринга. «Если мне повезет оказаться в тех четырех процентах нашего племени, у которых есть работа, это будет первым благом. Второе благо – это если у тебя есть приличная работа. Третье благо – это если у тебя есть разнообразная работа». Есть еще четвертое и пятое блага («пятое благо – делать все по-своему»). Более чем вероятно, что есть еще и шестое, и седьмое, о которых я уже никогда не услышу. Он продолжает говорить до самой последней секунды прощания – «Ладно, отлично, пока» – разворачивается и шагает по Салливан-стрит под палящим нью-йоркским солнцем.

_______________________________________________________
* Обозначение группы прозаиков и драматургов критического направления в литературе Великобритании, сложившегося в 1950-е годы.
** Ит. быстро, с воодушевлением.
*** В исламе решение по какому-либо вопросу, выносимое всеми уважаемым судьей, основываемое на принципах ислама и на прецедентах мусульманской юридической практики.





Источник сканов
Tags: БК: интервью, БК: статьи
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author