Cаша (ne_matros) wrote in sherlock_series,
Cаша
ne_matros
sherlock_series

Category:

Странная Шапочка. Часть вторая, девичья.

И снова доброе предпятничное утро. Продолжаем разговор :)

Сегодня у нас девишник: Молли, Ирэн и Джанин.

Молли

Молли – полностью изобретение авторов, и она шарахается из ипостаси в ипостась, как неприкаянная. У неё очень преданное сердце, она несомнено добрый человек, а всё равно для полноценного сказочного персонажа чего-то не хватает. Молли – хорошая девочка, но и только. Сказки пишутся не про них (тсс, это секрет).

Больше всего она похожа на Друга, но такого, на скамье запасных. Первые два сезона Молли отчаянно пытается выбраться из френдзоны в Царевны, чтобы Шерлок её, значит, того. Спас. Но для этого ей не хватает основного признака Царевны: Герой не видит ни плюшек, ни потерь от взаимодействия с ней.


Молли сама ходит за Героем, причём с понятными Герою целями, не надо её ниоткуда спасать (даже наоборот: она может спасти), она не видит свою судьбу отдельно от судьбы Героя и вообще по ходу пьесы она показывается только внутри поля действия Героя. А для интереса нужно, чтобы другой человек хоть чем-то от тебя отличался, знал и умел хоть что-то для тебя ценное (не в смысле денег, разумеется), чтобы он сразу после знакомства не брякался орденом тебе на шею «вот он я, делайте со мной, что хотите», а имел в жизни свою цель и отдельную территорию.

Ватсон в этом смысле отличается от Молли тем, что не только знает социальные нормы (это знают все вокруг Шерлока), но и умеет эти нормы доносить до Шерлока, не прогибаясь и не убегая в панике. Молли не умеет даже этого. То есть для неё очень многое само собой подразумевается, и она заходит в тупик всякие раз, когда с Шерлоком эти подразумевалки не работают. Например, широко считается, что мужчина, заметив новую помаду на женщине, должен сделать комплимент, а не рассуждать о величине её губ. И если тебе говорят про кофе, то это – приглашение посидеть вместе за чашечкой, а не сервис-деск. И так далее. Молли видит перед собой странного симпатичного парня, но примерно до третьего сезона даже не догадывается заглянуть поглубже. Шерлок платит ей тем же: он видит перед собой странную влюблённую в него девушку, которая активизируется только если сделать ей комплимент, но и всё, ни на что другое она ему не годится. (Как мы помним, Герой сказки благороден и не пользуется своим положением ради секса.)

Первые два сезона у Молли нет своей судьбы и сколько-то прочных связей с миром, кроме нацеленных на Шерлока. Немногочисленные попытки несерьёзных свиданий не в счёт. Царевны хотя бы похищаются, уходят на войну, сидят по башням, ну короче у них до встречи с Героем какие-то отдельные жизни. Олсо см. Шерлока в качестве Царевны в самой первой серии (Шерлок – суровая Царевна). Молли, даже не пытаясь занять место Друга, которое ей, кстати, по плечу, сразу метит в пока недоступную для неё ипостась. Это наиболее заметно в сцене Рождества «Скандала в Белгравии»: отчаянные старания соблюсти внешность Царевны (желанной девушки) при полном внутреннем несоответствии заданной роли. Молли стесняется, мнётся, понимает, что «надела мамины туфли» (да все вокруг это понимают), и в результате выглядит смешной и нервно пьёт, глядя на Шерлока, который пошёл получать весточку от настоящей Царевны. И Молли не то что сердцем – всей собой чует: да, это Она, соперница, её потом узнают не в лицо, с ней у Героя отношения, она для него значима, к ней приковано внимание. Не обычное внимание охотника на загадки, а какое-то другое, щекочущее ревностью изнутри. Сказки жестоки.

Надо сказать, Шерлок очень тонко почувствовал попытку Молли стать Царевной именно для него как для Героя. Сначала он смачно оборжал этот маскарад, но когда понял, для кого Молли старалась, внезапно стал вежлив (и даже перевыполнил задачу, судя по реакции окружающих). Причём он совершенно правильно оборжал маскарад, разве что в грубой бесцеремонной форме. Такие подделки себя под кого-то не могут не радовать. Но стоило дать понять, что маскарад относится к нему, что за этим стоит отчаянная попытка прыгнуть выше головы, что человек реально надеялся на рождественское чудо – и Шерлок проникся. Нет, попытка Молли не похожа на героическую, но безумству храбрых поём мы песню.

Плюс у Шерлока с персонажем Царевны либо моментальная химия, либо целибат, третьего не дано, а случайная Шахерезада – посланник нашего, земного мира, хотя и немного Даритель поневоле.

В третьем сезоне Молли, наконец, обретает что-то похожее на свою судьбу. Она всё ещё сильно вовлечена в Героя, очень сильно (она автоматически продолжила фразу Шерлока «не хотела бы ты со мной..» - «поужинать?», дедушка Фрейд возрыдал). Но теперь она формально не претендует на роль Царевны, только Друга. Результат потрясающий: Шерлок прямо в первом же эпизоде без проблем берёт её на расследование! Догадайся она так сделать с самого начала – и хрен бы нам, а не Ватсон.

Собственно, перейти в другой статус Молли помогает естественная, к месту свалившаяся на неё эпизодическая роль Волшебного помощника в «Рейхенбахе»: она помогает спасти Герою жизнь, а стоит выручить какого-нибудь завалящего Героя – и твоя собственная жизнь меняется, даже если ты не Царевна. Ведь подобный поступок – по сути, часть пути Героя, пусть и очень маленькая, зато вся твоя.

** **

Ирэн.

В мальчишечьем мире Царевны таинственны и притягательны, но ужасно опасны и внушают всякие мысли, от которых внутри творится ни пойми что. У Шерлока – демонстративно мальчишечий мир по сказочным критериям. Никаких заданий ради последующей свадьбы и рыцарства, никакого этого вашего мещанского процветания, только дедукция, только бесконечные игры в догонялки со смертью. (Просто мещанское процветание у них в подкорке записано: Англия же.)

В «Белгравии» Майкрофт – не только Волшебный помощник, но и Отправитель, он шлёт братца добыть волшебное яблочко. И добыча яблочка обставлена, как надо.

Живёт очередная баба Яга в избушке на сигнализации, прячет потенциальную отраву для потенциальной Белоснежки прямо за зеркалом, у неё есть кот учёный, личная ступа, полный фарш. Герой проникает в избушку стандартным сивко-бурковским способом, правда, не оседлав прекрасное животное, а получив копытом по морде.

А дальше начинается сюр. Баба Яга выходит встречать путников, в чём мама родила, и Герой застывает с открытым ртом и выражением лица «ничего себе бабуля!». «Бабуля», получив аморальное удовлетворение, с удовольствием сажает Героя на лопату и говорит «ну давай, рассказывай про космические корабли и Большой театр». И, пока Герой пытается раскорячиться на лопате так, чтобы не совсем уж продуть раунд, злодейка превращается в Царевну.

Герой пытается «прочитать» Царевну, как «читает» других людей, но, как я уже сказала, Царевны – неведомые зверушки в мальчишечьих царствах, поэтому на экране мы видим сплошные вопросики. А ещё Царевны умеют много гитик, в частности, кидаться объедками так, чтобы всем красиво. Наша Царевна тайным зельем кладёт Героя на обе лопатки. Ну, сказка-то авторская, и Царевна оказывается себе на уме, отбирает у спасшего её Героя обратно своё яблочко и сваливает в геройском пальто на голое тело в тёмный лес Лондон.

А дурман уже вошёл под кожу: она ему снится, или не снится, или приходит во сне. Герой облобызан в щёчку и уложен спатки. Момент отчётливого лобызания, кстати, дофига каноничен: помнится, дарили Царевны своим Героям заветный поцелуй в качестве особой отметки.

И Шерлок нарушился. Его мир идеального мальчишки, никогда не взрослеющего Питера Пена, оказался совершенно не защищён от вторжения Царевен. Одно дело за ними в бинокль подглядывать, другое – обнаруживать в непосредственной близости прямо сиськами в лицо. И Царевна такая напористая, того гляди лишит самого дорогого: ясной дедукции. И такая таинственная: никто не знает, что она выкинет в следующую минуту, клювом щёлкнул – и отечество в опасности. Ужас какой-то, а не Царевна. Пока спасёшь, поседеешь.

Но потерять её куда горше, а ведь по стенкам придётся бегать в гордом одиночестве, потому что, как истинный Герой, Шерлок действует самостоятельно, а уж есть у него Друг или нет – дело десятое. И Шерлок ушёл пешком на потолок, и думал там свои думы, внешне спокойный. Чего ему стоило такое спокойствие, становится понятно после воскрешения Царевны. Нет хрустального гроба и всей этой романтики. Принцесса в своём репертуаре: сама вызвала Друга, сама дала понять, что ей нужно, сама умерла, сама воскресла. Эмансипация. В кадре не показывают эмоции Царевны, сосредоточившись на бедном Герое, у которого отхлынуло так, что горизонт выверялся с трудом.

Обычно при сильном эмоциональном потрясении любой нормальный Герой стремится уйти в chisto pole подальше от людей, уединиться и как следует переварить это дело. Даже если уединение грозит опасностью. Меня всегда поражало: чуваки только что спаслись от орков, опасность нагоняет прыжками, а главный персонаж убредает подальше ОДИН и там грустит. Поскольку в Шерлоке стояла английская прошивка, Герой пошёл не в чисто поле, а домой.

Царевна и дальше вторгается в покой Героя, действуя не хуже иного царевича: подавайте ей свадьбу ужин прямо щас, да и только. Герой стоически оберегает свой мир приключений, не допуская излишеств. Однако Царевны не только загадочны, но и знают Героев, как облупленных. У девочек свои сказки. Они там, конечно, не силушкой богатырской меряются, у них методы и цели другие. Девочки после своих испытаний выходят на порядок поумневшие, иногда мудрость – единственная их награда. И благодаря этой мудрости Царевны видят Героев (и не только их) очень хорошо. Просто обычно Царевна настроена к Герою дружелюбно, а в нашем варианте, во-первых, не особенно дружелюбно, а во-вторых, завоевание сердца Героя было всего лишь опцией.

Опасной опцией. Сказки – это же мифологическое сознание, а в мифологическом сознании девочковой сказки данного покроя Героиня идёт искать своего потерянного любимого, топчет семь пар железных сапог, служит у бабы Яги, находит любимого, отвоёвывает у соперницы, а дальше по обстоятельствам. Проблема в том, что она ищет _любимого_. То есть изначально замешано сердце, а сердце и разум – два РАЗНЫХ поля действия.

Как бы объяснить.. Разум – оружие, он очень конкретен, имеет строго определённую форму и действует зримо, категорично и точечно. Разум – это «что». А сердце – это «как». Оно оперирует широкими понятиями, в нём умещается множество пластов восприятия, оно действует целиком, всем собой, изменяя не только то, на что воздействует, но и себя, и мир вокруг.

Наша Царевна дала здесь промашку: она с подходом девочковой сказки – сердцем – попыталась победить в мальчуковой – разуме. Ключевое слово «победить». Дело в том, что эти два подхода не конфликтуют между собой, поэтому понятие «победить» не возникает на уровне постановки вопроса. А Ирэн попыталась именно победить.

Если берётся сюжет поиска любимого, то и нужно искать любимого. Идти путём Героини. А потом обретать любимого и любить его. Ирэн ищет любимого и даже защищает его мимоходом, но скрещивает этот сюжет и сюжет сражения. И ладно бы с мирной, героической, целью: Ирэн тащит сюда же линию злодея, что совсем ни в какие ворота. Три скрещенных сюжета, один из которых явно недооценивается и не к месту, а потому выходит Царевне боком.

То есть Ирэн попыталась победить 1) по мальчуковой стратегии, 2) девочковой тактикой, 3) да ещё и методами Злодея. Целых три компоненты. А у сказки вариантов два: либо путь Героя, либо путь Злодея. Нельзя немножко того и немножко другого, это разные векторы. Как прыгать в ширину. Или идти шаг вперёд, шаг назад. То есть девушка изначально выбрала «разорваться на британский флаг». Она втащила своё сердце на поле битвы и этим сердцем, которое совершенно не оружие, захотела побеждать разум, и не просто побеждать, а по злодейским правилам игры, в то время как действие сердцем вообще-то предполагает путь Героя (Героини). Короче, идея была заранее обречена на провал.

Ирэн попался гениальный Герой, способный жопой невероятным геройским чутьём почувствовать, где собака зарыта. Герой видел перед собой Злодея, пытался не видеть Царевну, и точно не видел за всем этим мальчуковую игру. Но последняя компонента, оставаясь невидимой, всё равно раздражала рецепторы Шерлока, и только когда до него дошло, наконец, что это за зверь, он понял остальные сказочные лица Ирэн и понял, каким из них она самоуверенно пренебрегла. И Царевна проиграла, потому что сердце нельзя игнорировать, оно в этом смысле действительно «опасный недостаток».

Привет от Мориарти ясно дал понять, какое из лиц Ирэн – всего лишь маска: разум оказался по большей части чужим. Одна компонента отпала. Осталось две: сердце и злодейский образ действий. Одно с другим не женится, то есть злодейский образ действий был явно «пришит» к разуму, который оказался чужим. Что имеем в сухом остатке после вычета всех иксов? Сердце Царевны.

А ещё мотив девочковой сказки не предполагает борьбы со сказкой мальчуковой, и в мальчуковой сказке не с девочковым подходом борются. Между женским и мужским нет войны. Наоборот, они помогают друг другу, а воюют всегда с чьей-то злой волей, которая на удивление одинаково проявляется. Поэтому Шерлок правильно угадал: сюжет девочковой сказки – сердце Царевны – не мог быть направлен ему во вред, Ирэн влюбилась в Героя и никак не смогла это испачкать, наоборот, бережно отразила в самой дорогой для неё вещи.

Дальше Шерлок поступил жестоко, если посмотреть невооружённым глазом. Но вы помните про «методы Злодея», которые использовала Ирэн? А какой у Героя может быть со Злодеем разговор? Вот.

Однако, поскольку Герой великодушен, а Ирэн всё-таки Царевна, Шерлок спасает её, причём совсем уж канонично. И платочек на память прячет в тумбочку.

** **

Джанин

Не волнуйтесь, тут я коротенечко. Персонаж эпизодический, хотя имеет мощные виды на дальнейшее появление в сказке.

Джанин явно ближе к нашему реальному миру. Она не Царевна, не Помощник и не Друг. Она – невольный Даритель, которого Герой нахально обдурил. И, как нормальный Даритель, обнаруживший подвох, Джанин мстит Герою. Обычно вообще-то таких гавриков превращают в жаб. Или посылают служить у кого-нибудь неприятного на посылках. Или разбивают лицо корыто. Или ещё чего похлеще. Сценаристы рассудили, что голый Шерлок на больничной койке смотрится гораздо сексуальнее голой жабы, поэтому Даритель всего лишь насочинял небылиц про великого детектива.

Наверное, нам не зря намекнули про пчелиные ульи на участке коттеджа Джанин. Смоется к ней Шерлок на старости лет. Тем более, в последних кадрах в лице Джанин промелькнул такой мощный Друг, что почти соперник Ватсона. Герой даже призадумался, может, стоило сделать Дарителя вполне легитимным и сознательным. Ладно, через несколько лет он додумает эту мысль :)

В следующий раз будет просто бытовуха, окружающая Героя на протяжении всей сказки, а также немного о Ложных героях.
Tags: Шерлок: персонажи, бездуховное, смайлик на обоях
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author